Часть первая Сектор Даэн-9
Аномальная зона сектора Даэн-9 отличалась от других известных Разломов одним: она не атаковала. Она — принимала. Корабли, заходившие в неё, не встречали сопротивления, не теряли навигации немедленно, не видели Осколочных на экранах. Зона просто была — тихая, почти притягательная, с необъяснимым ощущением, что здесь что-то важное, что нужно исследовать.
Именно поэтому исследовательская экспедиция «Даэн-9» пробыла в зоне на трое суток дольше, чем планировала. Командор Эйра всё хотела ещё немного — данные были интересными, зона вела себя иначе, чем описывалось в архивах, и каждый день приносил что-то новое. Первый офицер Тарн несколько раз предлагал уходить. Каждый раз командор оставалась.
На восьмые сутки двое из экипажа изменились.
Не заболели — именно изменились. Техник Вэй и навигатор Сей. Внешне здоровы, показатели в норме, речь связная. Но — другие. Как будто что-то в них сдвинулось и теперь смотрело изнутри чужим взглядом. Вэй начал говорить вещи, которые не говорил раньше — холодные, точные, направленные на то, чтобы разрушить что-то в других людях. Сей перестал спать и стал ходить по кораблю ночами, останавливаясь у каждого иллюминатора и глядя в темноту с таким выражением, что остальные предпочитали не выходить в коридор.
Медик Ро не мог поставить диагноз. Он написал в журнале: «Нет медицинского термина для того, что я наблюдаю». Командор Эйра написала сигнал на Таэр — потому что больше писать было некому, а Таэр отвечал всегда.
Часть вторая Монастырь Таэр · Отец Варс читает Евангелие
Сигнал пришёл в воскресное утро — в тот час, когда в часовне монастыря читалось евангельское чтение дня. Аэн принял его, как обычно не прерывая службу, и дождался паузы.
Варс прочитал сигнал прямо там, в часовне, не уходя. Потом поднял голову и посмотрел на то, что держал в другой руке — свиток с сегодняшним Евангелием. Матфей. Глава восьмая.
— Братья, — сказал он. — Я только что получил сигнал. Прочитаю сначала Евангелие. Потом скажу, почему это важно именно сейчас.
«И когда Он прибыл на другой берег в страну Гергесинскую, Его встретили два бесноватых, вышедших из гробов, весьма свирепые, так что никто не смел проходить тем путём. И вот, они закричали: что Тебе до нас, Иисус, Сын Божий? пришёл Ты сюда прежде времени мучить нас. Вдали же от них паслось большое стадо свиней. И бесы просили Его: если выгонишь нас, то пошли нас в стадо свиней. И Он сказал им: идите. И они, выйдя, пошли в стадо свиное. И вот, всё стадо свиней бросилось с крутизны в море и погибло в воде. И вот, весь город вышел навстречу Иисусу; и, увидев Его, просили, чтобы Он отошёл от пределов их.»
— Матфей 8:28–34Он отложил свиток.
— Хранитель Иоанн Златоуст объяснял этот отрывок так, — сказал Варс. — Бесы знали, Кто перед ними. Они кричали «Сын Божий» — не из исповедания, из ужаса. Они боялись. И они вышли из людей немедленно — одного Слова оказалось достаточно. Но жители города — люди, которые должны были радоваться исцелению двух своих — вышли навстречу Христу и попросили Его уйти. Потому что стадо свиней — их имущество — погибло.
— Феофилакт Болгарский добавлял: они предпочли свиней людям. Материальное оказалось для них дороже, чем два исцелённых человека рядом. И Христос ушёл. Он не насиловал их воли. Они просили — Он ушёл. Это — страшно. Не потому что Он наказал их. Потому что они сами выбрали.
Варс посмотрел на братию.
— Сейчас я получил сигнал из сектора Даэн-9. В экспедиции двое захвачены сущностями из Разлома. Это — как те двое в Гергесинской стране. Мы уходим в затвор. И я прошу вас держать в уме сегодняшнее Евангелие во всё время молитвы — особенно его конец. Потому что среди тех, за кого мы будем молиться, найдётся тот, кто попросит нас уйти.
Часть третья Экспедиция · Первый офицер Тарн
Когда пришёл ответ с Таэра — «получили, уходим в затвор, молимся, держитесь» — Тарн прочитал его и почувствовал то, что уже привык чувствовать при упоминании монастырских практик: раздражение, тщательно замаскированное под скептицизм.
Семнадцать человек сядут на плоскогорье и будут шептать слова в пустоту — и это должно помочь нам в девятнадцати миллионах световых лет. Конечно.
Он пришёл к командору.
— Эйра. Таэр ответил. Говорят, молятся.
— Я знаю, я читала, — сказала Эйра. Она сидела у иллюминатора, усталая, с тем видом, который бывает у людей, несущих груз, который они не передадут никому.
— Ты веришь, что это поможет? — спросил Тарн прямо.
— Я видела, что случилось в предыдущей экспедиции «Даэн-7», — сказала Эйра спокойно. — Там Таэр тоже молился. Шестеро выздоровели.
— Совпадение, — сказал Тарн. — Корреляция — не причинность.
— Ты прав, — сказала Эйра. — Это не доказательство. Но у меня нет другого инструмента сейчас. Ты хочешь отказаться от единственного доступного действия потому что оно не вписывается в твою картину мира?
Тарн молчал.
— Иди к своему посту, — сказала Эйра. — И не мешай тем, кто хочет молиться здесь, на борту. Это приказ.
Тарн ушёл. По коридору он шёл и думал о том, что Эйра слишком доверяет вещам, которые нельзя проверить. Это было опасно — особенно для командора.
Она просит чего-то невидимого о помощи. Как жители той Гергесинской страны — только наоборот: они прогоняли невидимое. Она зовёт.
Он не знал, откуда взялось это сравнение — он не читал Евангелие и не знал ничего о Гергесинской стране. Просто мысль пришла сама. Он остановился в коридоре, постоял. Потом пошёл дальше.
Но мысль осталась.
Из учения Хранителя Иоанна Златоуста · О жителях Гергесинской страны
«Смотри, как странно устроено сердце человеческое: бесы знали Христа и боялись Его. Жители города видели исцелённых людей — и попросили Христа уйти. Они испугались не бесов, а Его. Не тьмы, а Света. Не разрушения, а восстановления. Потому что Свет требует чего-то от тех, на кого он падает. Он показывает то, что прежде было скрыто тьмой. И люди, привыкшие к тьме, боятся этого обнажения больше, чем боятся самой тьмы.»
«Христос ушёл — потому что просили. Он не насилует воли. Но уход Его — это не наказание. Это — уважение к выбору, который человек сделал сам. Страшнее всего то, что такой выбор возможен.»
Часть четвёртая Монастырь Таэр · Вторые сутки затвора
Аэн нёс вахту молитвы в часовне — второй час подряд, сменив брата Лэ. Снаружи шёл дождь — тот же ровный таэрский дождь, который он знал уже год. В часовне было тихо и чуть сыро от влажности, проникающей через каменные стены.
Он думал об Евангелии, которое читал Варс. О жителях Гергесинской страны — о том, что они попросили Христа уйти. Это место всегда смущало его, когда он читал его раньше: как можно было видеть исцеление и просить Спасителя уйти?
Теперь, молясь за экспедицию в секторе Даэн-9, он понял иначе.
Жители Гергесы не были злыми людьми. Они были людьми, для которых привычное — пусть и опасное — было важнее непривычного блага. Двое бесноватых были частью их мира — страшной, но знакомой. Свиньи — их имущество, их безопасность, их будущее. Христос нарушил их привычный порядок — и даже если этот порядок включал в себя страдание, он был их порядком. Изменение требовало чего-то от них самих — нового видения, нового устройства жизни. Это было труднее, чем попросить незнакомца уйти.
В экспедиции есть кто-то такой же. Кто-то, кто видит происходящее и просит нас уйти — не потому что злой, а потому что наше присутствие требует от него изменения его картины мира. А это труднее, чем принять помощь от того, чего не понимаешь.
Аэн молился. Не только за Вэй и Сея — за всех на борту. За Тарна, которого он не знал, но которого чувствовал в сигнале командора между строк — чьё-то сопротивление, холодное и логичное.
Господи, помилуй его. Не потому что он неправ по-человечески. Потому что он стоит у порога — и может войти, а может попросить уйти. Пусть не просит.
Часть пятая Даэн-9 · Третьи сутки
Вэй сидел в своей каюте и не двигался уже восемь часов. Медик Ро заходил каждые два часа — показатели в норме, просто сидит. Сей, который всю вторую ночь ходил по кораблю, к утру третьего дня вдруг лёг и заснул — глубоко, как не спал всю неделю.
Бортовой журнал «Даэн-9» · Запись командора Эйры
День одиннадцатый. Сей спит — впервые за трое суток. Вэй неподвижен, но показатели нормальные. Ро говорит: «что-то меняется». Не может сказать точнее. Я тоже чувствую это — не в приборах, внутри. Как будто давление, которое я не замечала, пока оно было, начинает ослабевать. Таэр — второй день затвора. Я верю. Тарн не верит. Мы работаем вместе. Это достаточно.
Тарн в это время стоял у иллюминатора на мостике и смотрел в аномальную зону. Она была красивой — он не переставал это замечать, даже сейчас. Тёмно-синяя, с редкими вспышками, которые не были звёздами — что-то другое, что он не мог классифицировать.
Он думал о Вэй и Сее. О том, каким был Вэй до — спокойный, немного замкнутый, хороший техник, надёжный. И каким стал: те слова, холодные и точные как скальпели, направленные прямо в то место, где больно. Это не болезнь в медицинском смысле. Это — что-то, что воспользовалось Вэем как инструментом.
Как будто кто-то другой говорит его голосом. Кто-то, кто знает о каждом из нас то, что причиняет боль.
Кира. Он вдруг вспомнил рассказ, который читал когда-то в архивах Ордена — о Хранительнице Кире из монастыря Ириэль. Сущность, которая вошла в неё во время боя и говорила её голосом. Он читал этот отчёт как любопытный документ. Сейчас — как описание того, что видит своими глазами.
И её освободили. Именем Вечности. Словом.
Он стоял у иллюминатора долго. Потом — медленно, как делают что-то, в правильности чего не уверены, но делают всё равно — закрыл глаза.
Четыре слова. Он помнил их из разговора с кем-то, давно, на другой станции. «Господи, помилуй их». Он тогда не придал этому значения. Сейчас — сказал. Тихо. Почти беззвучно. В сторону иллюминатора, в тёмно-синюю аномальную зону, в девятнадцать миллионов световых лет в одну сторону и в сторону Таэра — в другую.
Он не знал, что это значит — молиться. Но четыре слова он произнёс. И это было честнее, чем промолчать.
Часть шестаяИсцеление
Варс читал завершающую молитву затвора, когда пришло сообщение из Даэн-9. Аэн принял его молча, дочитал, потом поднял голову и — впервые за трое суток — улыбнулся.
После службы Варс прочитал сообщение. Потом прочитал ещё раз.
Бортовой журнал «Даэн-9» · Запись командора Эйры · День двенадцатый
Вэй пришёл ко мне сам. Сел. Долго молчал. Потом сказал: «Я помню всё, что говорил. Это был не я. Я слышал себя изнутри и не мог остановить». Заплакал. Это Вэй — настоящий. Сей проснулся и попросил еды. Говорит, что видел что-то во сне — что-то очень большое и очень тихое, и оно не причинило ему вреда, оно просто было рядом, и он больше не боялся. Навигация восстановилась два часа назад. Мы выходим из зоны завтра утром. Тарн попросил передать на Таэр: «Спасибо». Он не объяснял. Я не спрашивала.
Варс сидел с сообщением долго. Потом сказал — тихо, в пустую часовню:
— «Весь город вышел навстречу Иисусу и просил Его уйти». А там — один человек сказал «спасибо». Один. Этого достаточно. Это — уже не Гергесинская страна.
Аэн смотрел на него.
— Отец Варс. А те, кто попросил Христа уйти — они потом увидели Его снова?
— Да, — сказал Варс. — Потом Он вернулся туда. Декаполис — десятиградие. Потом там тысячи слушали Его три дня. Потому что двое исцелённых — те, что жили среди гробов — пошли и рассказали. Он ушёл, когда попросили. Но оставил семя. И семя проросло.
— Тарн, — сказал Аэн тихо. — Он — семя.
— Да, — сказал Варс. — Одно «спасибо» — уже не закрытая дверь. Уже — приоткрытая.
ЭпилогПосле
Экспедиция вернулась. Вэй и Сей прошли полное обследование — никаких следов захвата, никаких остаточных явлений. Вэй долго говорил с Кирой из монастыря Ириэль — она прилетела специально, потому что Варс попросил. Они сидели вдвоём несколько часов. О чём говорили — никто не спрашивал. Когда Вэй вышел, лицо у него было такое, что Аэн — который случайно оказался в коридоре — отвернулся, потому что чужое горе и чужое облегчение такого рода не для посторонних глаз.
Тарн написал в Орден рапорт — официальный, технический, с данными о восстановлении навигации и состоянии экипажа. В конце — последним абзацем, который явно добавлялся после долгого обдумывания — написал:
«Рекомендую Ордену более детально исследовать корреляцию между молитвенными практиками монастырей и динамикой аномальных явлений в зонах Разломов. Данные по экспедициям "Даэн-7" и "Даэн-9" заслуживают серьёзного изучения. Лично готов предоставить дополнительные наблюдения.»
Командор Эйра прочитала этот абзац и ничего не сказала. Только написала рядом на полях — от руки, по старой привычке: «Добро пожаловать».
На Таэре Варс в тот вечер читал снова сегодняшнее Евангелие — уже не для братии, для себя.
«Весь город вышел навстречу Иисусу и просил, чтобы Он отошёл от пределов их.»
Он думал: а двое исцелённых? Они пошли за Ним. Они не остались с городом. После того как Он ушёл — они пошли рассказывать. И весь Декаполис потом слушал три дня, не расходясь.
Иногда Он уходит — когда просят. Но Он оставляет тех, кого исцелил. И они рассказывают. И это меняет всё.
Вэй расскажет. Сей расскажет. Тарн уже начал — рапортом с последним абзацем. Семя посеяно. Остальное — не наше дело.
Архивы Ордена · Монастырь Таэр · Экспедиция «Даэн-9»
Молитвенный затвор: 60 часов. Участников: 17. Пост строгий. Имена захваченных поминались поимённо каждый час.
Результат: оба члена экипажа освобождены от захвата сущностями Разлома. Навигация восстановлена самостоятельно на 12-й день. Все члены экипажа вернулись живыми.
Особое примечание отца Варса: «Евангелие сегодняшнего дня говорит о тех, кто попросил Христа уйти. Это — честное предупреждение: такой выбор возможен. Но Евангелие не заканчивается на этом. Два исцелённых пошли рассказывать. Один первый офицер написал "спасибо". Этого достаточно, чтобы начать.»
